http://morevokne.ru/

Кто в тайге хозяин? Таёжные хроники.

После утиной охоты азарт не давал мужу спокойно спать. Каждые выходные дни мы ходили в тайгу. Теплая погода очень способствовала нашим прогулкам. Естественно, мы брали с собой ружье. Иногда нам везло – то белка, то рябчик, а иногда охота превращалась в приятный моцион по весенним окрестностям.

Однажды друзья-старатели сообщили, что началась миграция косуль. Теперь косули шли в обратном направлении, к своим летним пастбищам. Видимо косули очень торопились —даже днем старатели видели небольшие группы животных, переходящие через карьер.

Карьер упирался в русло большого ручья, впадавшего в Амыл, а сразу за ручьем была гора, на хребте которой бывалые охотники устраивали засаду на «весенних» косуль. Вот туда и отправился мой муж еще затемно. Вернулся он часов в 11 утра, в страшном возбуждении, и рассказал, что там приключилось.

Он сидел за большим камнем у тропы, уже совсем рассвело, но косуль не было. Неожиданно, совсем близко от засады он услышал характерный зов самца косули, несколько похожий на хриплое гавканье: «Гау» или что-то очень похожее. Он удивился, что совершенно не слышал топота копыт, но времени думать, не было – косуля была совсем близко и уже должна была показаться на хребте.

Муж, с готовым к выстрелу ружьем, выскочил на тропу, где прямо перед ним, чуть ниже по склону, стоял медведь. Видимо медведь тоже охотился на косуль и очень здорово имитировал вожака стада. Счастье, что мой охотник был с подветренной стороны и медведь не чуял его, но положение оказалось критическое – в ружье два патрона с крупной картечью и в запасе с собой только картечь и мелкая дробь (на птичку). Стрелять почти в упор было рискованно, поэтому нужно было испугать медведя и заставить его уйти. Он громко свистнул.

Медведь от неожиданности поднялся на задние лапы, зарычал. Вся жизнь пронеслась перед глазами одного из участников этой драмы. Медведь угрожающе рычал, водил носом, подслеповатыми глазами пытался разглядеть нарушителя покоя и точно не собирался отступать. Может быть, у мужа был приступ отчаяния, но он начал прыгать, махать руками, громко кричать и хлопать в ладоши. И это сработало – медведь опустился на четыре лапы и бросился наутек.

Перекурив и уняв дрожь в коленях, муж пошел обратно. Заглянув к старателям, предупредил, чтобы были осторожнее, в тайге объявился хозяин.

Мне было очень любопытно посмотреть на место «поединка» и я упросила мужа отвести меня туда на следующий день. На экскурсию по местам «боевой славы» отважного охотника мы пошли с запасом патронов с пулями. Но охота не предусматривалась, мы шли весело, шумели, разговаривали, фотографировались в особенно красивых местах.

Весь склон горы пестрел разноцветными формами и, в сочетании с окружающей тишиной, создавалась иллюзия рая. С вершины горы открывалась потрясающая перспектива —на подножие с крохотными домиками метеостанции;на уходящие в бесконечность плавные линии гор, сплошь заросшие темными елями;на безбрежное синее небо с белыми облаками. И здесь совершенно не были слышны грейдеры и водометы старателей…

Я осмотрела место «происшествия», прослушала историю еще раз, посмотрела на большие кучки остатков медвежьего пищеварения, ощутила запах опасности и гнили. Короче, получила полное удовлетворение.

Мы потихоньку спускались с горы, решив возвращаться коротким путем, через карьер. Спускались мы козьими тропами, которые разбегались в разные стороны по склону, среди деревьев и густого кустарника. У одной из развилок тропы муж услышал какой-то звук и решил, что мне лучше остаться на месте, а сам с ружьем ушел на разведку.

Стою одна, в тишине, минут тридцать. Без оружия и мужа мне жутко, поэтому мурлыкаю себе под нос: «В траве сидел кузнечик…», —и очень хочу съежиться до размеров этого кузнечика. Не получается, поэтому – боюсь дальше…

Вдруг земля под ногами сотрясается от страшного топота, который приближается, становясь локальным пятибалльным землетрясением. Чувствую —идет медведь, прямо на меня, но ничего не вижу и не понимаю, откуда топот и что мне делать. За кустом слева от меня раздается раздирающий душу крик: «Гау, гау» и я опадаю на землю, как осенний листок…

Нет, я не потеряла сознания, просто ноги подкосились. Лежу удобно на травке и жду, когда медведь выскочит из кустов. Он продолжает дико орать, а потом вновь землетрясение, которое постепенно стихает. Я же все лежу и не могу пошевелиться.

Минут через пять выскакивает из зарослей запыхавшийся муж, бросается меня поднимать. Глотая слезы и заикаясь, рассказываю, как меня чуть не съел медведь. Он валится на траву рядом со мной и начинает кататься от хохота. От этого я прихожу в себя, а когда и он может говорить, я узнаю, что муж гнался за крупным самцом косули, даже стрелял в него, но промахнулся (выстрела я совершенно не слышала). Это-то рогатое чудовище и устроило землетрясение, а я чуть не умерла от страха быть съеденной медведем.


Comments are closed.