В перцептивных исследованиях эффекты последействия, по видимому, также наблюдаются, хотя интерпретация получаемых данных обычно неоднозначна. Вот, например, Р. М. Фрумкина анализирует последовательные ответы испытуемых па предъявление слов с постепенно увеличивающейся длительностью экспозиции — ог40 до 100 мсек. Чтобы попять возникающие варианты интерпретации, рассмотрим типичный пример ответов одного испытуемого па предъявление, скажем слова «блесна»: 1. —;2. ;3. Бассейн;4. Б —;5. —;6. Бассейн;7. Бассейн;8. Бассейн;9. Бассейн;10. Бассейн;11. Бассейн;12. Бассейн;13. Бсна;14. Башня;15. Бш-на;16. Башня;17. Бавна;18. Бшесна;19. Бшесна.
Фрумкина предполагает: при кратком времени предъявления испытуемые не успевают увидеть все слово, а по отдельным увиденным признакам (например, буквам) строят более-менее правдоподобные гипотезы. При этом однажды сформированная гипотеза становится настолько сильной, что при повторных предъявлениях того же стимула определяет результат опознания. Даже тогда, отмечает Фрумкина, когда испытуемый видит буквы, противоречащие выбранной гипотезе, он может все равно ее сохранить. Так, например, в ответ на предъявление бессмысленного слова «кливна» испытуемый видит слово «клятва» даже после того, как осознает, что третья буква стимула -«и».
Такая интерпретация возможна, но, на мой взгляд, мало вероятно, что она правильна. Дело в том, что некоторые слова безошибочно опознаются уже на первых предъявлениях, т. е. при минимальной длительности, что было бы очень трудно сделать, если бы испытуемый их не видел, а только угадывал. Но если испытуемый способен увидеть хотя бы одно слово, то что мешает ему при тех же условиях предъявления увидеть другие слова? Если же испытуемый видит предъявленное слово, но его не воспроизводит, то, по данному выше определению, он осуществляет негативный выбор, который имеет тенденцию быть устойчивым. Приведенный пример из исследований Фрумкиной позволяет говорить и об устойчивом повторении одних и тех же ошибок замены, и об устойчивом неопознании, когда в ответ на предъявление одного и того же слова испытуемый упорно делает разные ошибки. Таким образом, даже там, где исследователи не предполагают факта негативного выбора, можно ожидать, что последействие этого выбора проявится в эксперименте.
Существует большое число перцептивных исследований, в которых эффекты последействия негативного выбора никак не изучались, но которые, по моему мнению, достаточно убедительно демонстрируют сам факт неосознанного негативного выбора. Приведу пример.
Дж. Бэгби предъявлял американцам и мексиканцам диапозитивы для просмотра в стереоскоп с двумя разными изображениями одновременно;с одной стороны, предъявлялся объект, хорошо знакомый американцам (фермер, игра в бейсбол и т. д.), с другой — объект, более привычный для мексиканцев (пеон, бой быков и т. п.). Хотя некоторые испытуемые заметили, что перед ними две разные картины, подавляющее большинство и американцев, и мексиканцев осознанно воспринимали только одно изображение то, которое характерно для своей культуры1.
Это значит, что если на два разных глаза поступает разная зрительная информация, то испытуемый, как правило, выберет, какое из изображений ему осознавать, а какое — нет. Но для того, чтобы не осознавать то, что стоит непосредственно перед нашим взором, требуются специальные усилия и социальный когнитивный механизм, который умеет это делать.
Впрочем, более привычна другая интерпретация: поступившая в сознание информация занимает весь объем сознания и другая информация туда в принципе не может попасть. Иначе говоря, происходит только позитивный выбор. Однако такая интерпретация сталкивается с проблемой: если весь объем сознания уже занят, то как при этом испытуемый оказывается способным сознательно отвечать на вопросы экспериментатора, да даже просто помнить о самом задании, которое он выполняет? Наконец, можно показать, что неосознаваемая, но воспринимаемая человеком информация проявляется в сознании точно так же, как и рассмотренная ранее негативно выбранная информация, не непосредственно, а через ошибки, ассоциативные связи т. п.