http://morevokne.ru/

Ночная охота на таежного монстра. Таежные хроники.

Становилось все холоднее. По утрам, возле берега, на воде появлялся ледок. Пора было думать о запасах мяса на остаток осени и начало зимы. Через пару недель о большой охоте можно будет забыть, пока водохранилище не застынет полностью и лед не окрепнет. По горам тащить на себе тяжелую добычу —совершенно нереально. Нужно успеть использовать шанс передвижения по воде…

Чтобы решить проблему пропитания на долгое время, наилучшим вариантом казалась добыча марала. Это —ну, очень большой благородный олень.

Однажды, на склоне горы, за метеостанцией появилась самка марала. Она стояла, между голыми стволами лиственниц, довольно далеко и высоко, но даже без бинокля можно было заметить, какая она крупная. Мне показалось, что маралиха была раза в полтора крупнее коровы. Она спокойно выбивала из-под мелкого снега пожухлую травку, а все станционные охотники облизывались на нее и «возмущались» нахальством животного в полнейшей безопасности. Вокруг заповедника действовала 3-х километровая охранная зона…

Муж договорился с одним из друзей о совместной охоте, и мы отправились на моторных лодках к охотничьему домику вверх по руслу одной из рек, питающих водохранилище. Было очень холодно. Ледяной ветер хлестал в лицо снежной крупой. Ехали далеко и потому долго. Предполагалось, что в домике мы переночуем, а рано утром мужчины уйдут на охоту. Меня оставляли кухарить и следить, за тем, чтобы лодки не вмерзли намертво в прибережье, если вдруг резко похолодает.

Домик оказался щитовой, такой же, в каких жили амыльские старатели. В этой «времянке» стояла чугунная печь и пока в ней горели дрова, было относительно тепло. В большой комнате стоял обеденный стол, а для отдыха —вдоль стен были сделаны широкие деревянные лавки. Домиком пользовались с весны по осень. Зимой он промерзал насквозь и был непригоден для проживания.

Мы рано поужинали, потушили свечку и улеглись на лавки, накрывшись тулупами. Как только все затихли, раздался шелест целлофана, оглушительный хруст и прочие безобразия крупного жующего животного. Я решила, что это крыса. Но откуда крысе взяться в тайге?

Включили фонарики, монстра никто не увидел, зато продукты на столе явно требовали защиты. Мужикам вставать было лень. Я зажгла свечу и придумала, куда подвесить пакеты с сухарями и прочими легкоусвояемыми припасами.

Гашу свечу и укладываюсь. Тишина, тепло и усталость почти сразу погружают меня в дрему. Вдруг чувствую, что кто-то нагло лезет ко мне под тулуп, вцепляется в толстый шерстяной носок и тянет его с меня… Ору благим матом, брыкаюсь и вскакиваю ногами на лавку.

Мужики просыпаются и орут уже на меня, что им через пару часов выходить на охоту, а я устраиваю представления и мешаю им спать! Фонариками обшариваем комнату, но даже следа от монстра нигде нет. Мне предлагают оставить свои фантазии, плотнее закутаться в тулуп и спать. Несмотря на страх и обиду непонимания, я честно пытаюсь последовать этому совету.

История с носком повторяется. Помня реакцию спящих мужчин, я уже не ору, просто пытаюсь отшвырнуть монстра, который вцепился в носок мертвой хваткой. Как только я стряхиваю его с носка, он тут же бросается на него снова. Я даже не успеваю спрятать ноги под тулуп, и в этот раз зубы ночного монстра прихватывают кончик большого пальца…

Охотники храпят. Защитить мою жизнь и мой шерстяной носок теперь могу только я сама. Очень тихо, буквально на цыпочках, я —один на один с неуловимым монстром неведомой природы…

Чтобы отвлечь монстра от желания съесть меня, применяю хитрость – раскладываю на столе несколько галетных печений. Оглядываюсь в поисках орудия возмездия и нахожу самодельную мухобойку – к длинной палочке приделан большой резиновый блин от автомобильной камеры. Орудие выглядит достаточно убойно. Я выключаю фонарик и затаиваюсь на лавке.

Как и следовало ожидать, голодный монстр набрасывается на печенье и хрустит в темноте, как тысяча чертей. За этим страшным хрустом он не слышит, как я подхожу к столу, навожу на него фонарик, врубаю свет и тут же луплю по нему мухобойкой. В луче фонарика я успеваю заметить большие удивленные глазки и маленькое тельце мышки-полевки…

Когда охотники проснулись, я предъявила им свой трофей и оправдание ночного дебоша. Мужики, смеясь, поздравили меня с удачной охотой, и ушли в холодную темноту за своей, настоящей, добычей…


Comments are closed.