Если многочисленные наблюдения за практикой удовлетворения раннедетских потребностей у народности банту являются верными, то можно сказать, что вследствие тесного физического контакта с матерью вплоть до третьего года жизни (имеется в виду кожный контакт, ощущение тепла материнского тела, кинестетические ощущения в целом и акустическое восприятие голоса матери) фрустрация является менее значительной, чем в странах западной культуры, Европейские дети в первые дни после рождения отделяются от матери, их закутывают в сковывающие пеленки, и основную часть дневного времени они проводят в акустической изоляции
. Именно в силу почти «идеального» ухода за ребенком банту в соответствии с диалектикой влечений он должен отстранять от себя агрессивные побуждения, используя архаические защитные механизмы проекции и проективной идентификации.
с>ги процессы можно рассматривать в качестве психоаналитического объяснения наблюдавшейся уступчивости банту в ситуации анализа;однако точно так же ими можно было бы объяснить и преобладание магического мышления. Действие архаического защитного механизма проявляется также в нежелании банту «вербально продуцировать неприятные переживания» (Simenauer 1962,44). Эмоциональное отыгрывание пациентов Сименауэра во многом напоминает то, о чем писал Фрейд (1916) в связи с отводом бессознательных импульсов влечений при помощи моторики. Нельзя сказать, что у банту полностью отсутствуют агрессивные наклонности;просто их Я оказывается более оснащенным вследствие временного смещения конфликтов после первых двух этапов социо - и психосексуального развития по Эриксону (Erikson 1950).
Очевидно, что в результате продления первичных объектных отношений ребенок банту сталкивается с фрустрацией со стороны матери в период, когда Я стало уже настолько зрелым, что фантазии о разрушении с точки зрения их силы и исключительной направленности на мать уже не представляют собой такой угрозы, как в паранойяльно-шизоидной фазе, описанной Мелани Кляйн (Klein 1932).
Основываясь на этих выводах, Сименауэр предполагает, что банту менее склонны и к психотическим заболеваниям Он не смог обнаружить ни истинных депрессивных заболеваний, ни серьезного распада Я, типичного для шизофрении, ни проявлений невроза навязчивости. Страхи кастрации, если они встречались, преодолеваются с помощью механизмов проекции и, кроме того, в коллективных действиях лишаются своего угрожающего характера. Если же тревога действительно превращается в разрушительные желания или действия, то сознание вины смягчается пассивной установкой, направленной на возмещение и подчинение.