Разнообразие выборочного акцентирования проявляется в том порядке, в котором объекты вводятся в коммуникацию;в частоте, интенсивности или экстенсивности, приписываемых событию;и в чрезмерном или недостаточном реагировании на конкретное содержание, заключенное в сложной стимуляции. «Мои мама и папа» в противоположность «мои папа и мама» служит примером определения последовательности.
Разнообразие способов назвать женатую пару служит примером как последовательности, так и акцентирования: «Пойдем, навестим Смитов», «Пойдем, навестим Мэри и Джона», «Пойдем, навестим Джона и Мэри», «Пойдем, навестим Джона» или «Пойдем, навестим Мэри». В этих случаях истолкование последовательности очевидно, но выборочное акцентирование требует некоторых объяснений. Если пара обозначается как «Смиты», здесь подчеркивается ее единство и неразделимость. Этот способ обозначения является результатом отсутствия опыта взаимодействия с членами пары по отдельности. Если ту же пару называют «Джон и Мэри» или «Мэри и Джон», тогда в центре находится раздельность членов пары и подразумевается различное отношение к этим двум людям.
Определение последовательности и выборочное акцентирование также заметно в следующем описании сложного события с множеством признаков и элементов: «У нас был напряженный день;мы ходили по магазинам, в кино, встречались с людьми и обедали в кафе». Если человек называет, кто из людей присутствовал на встрече, порядок называния имен может варьироваться. Между прочим, таким вариациям в речи можно найти соответствия в других формах поведения, например, в том порядке, в котором собравшихся людей обслуживают.
Эмоции человека по отношению к объектам можно понять, исходя из того порядка, в котором он о них рассказывает, если в данных условиях возможна и другая последовательность. Как и в других вариантах интерпретации непосредственности, предполагается, что объекты, вызывающие более позитивные или менее негативные ощущения, появляются в речи раньше.
Выборочное акцентирование также можно увидеть в особых совокупностях признаков, связанных воедино термином, используемым для обозначения референта. Говоря о конкретном психотерапевте, человек может сказать «психотерапевт», «терапевт», «доктор», «врач отделения», «человек» или «мозголом». Говоря о вечеринке, он может сказать: «Мне понравилась вечеринка», «Мне понравились танцы», «Мне понравилось угощение», «Мне понравились люди», «Мне понравились разговоры» или «Мне понравилось место». Коллегу можно обозначить как «мой сотрудник», «мой коллега», «мой товарищ», «мой ассистент», «мой помощник» или «мой студент». Во всех этих примерах то конкретное качество, которое подчеркивается, предполагает его особую значимость для говорящего. Когда происходит переход от общего референта{вечеринка) к его элементу{разговор), это можно проинтерпретировать следующим образом: те свойства, которые не подчеркиваются, а исключаются, менее предпочитаются или не нравятся, или же обозначенная совокупность признаков менее нравится или не нравится и является более предпочитаемой (Mehrabian, 1967d). Хотя, в общем, с большей степенью надежности можно заключить, что к исключенным сторонам референта испытываются негативные чувства.