В первой работе об алкоголизме (1928) констатируется, что в условиях давления со стороны влечений и реальности алкоголь является бегством от реальности в специфические фантазии, соответствующие фазам психического развития. В этих рамках алкоголь удовлетворяет не только сексуальные влечения, но и связанные с ними перверсные и в особенности агрессивные побуждения.
При более сильном изменении влечений все объектные отношения окрашиваются оральной амбивалентностью и содержат, кроме того, анальные компоненты, связанные с архаическими, садистскими свойствами. В развитии Я обнаруживаются явные нарушения с выходом на первый план проективных защитных механизмов. Нарастающий нарциссизм искажает объектные отношения. Явно выраженное чувство вины и страхи алкоголика указывают на примитивную совесть, не способную справиться с влечениями и побуждающую к само наказанию, что особенно проявляется в отношениях с внешним миром. Сам по себе алкоголизм является тщетной и вредоносной попыткой исцелить аномалии примитивной совести.
Эти идеи были расширены и углублены Гловером (Glover 1933,1939) до общей теории «этиологии наркомании», ассимилировавшей гипотезы Мелани Кляйн (см статью Р. Ризенберг в т. III). Он показал, что прежних представлений о регрессии к орально-садистской организации либидо и выделения гомосексуального элемента при игнорировании садизма и агрессии не достаточно для того, чтобы найти удовлетворительное объяснение наркомании. Скорее надо искать этиологические элементы, которые столь примитивны, что попадают в фазу, предшествующую образованию психической структуры. Речь идет о периоде, который мы теперь называем паранойяльно-шизоидной или депрессивной позицией. Механизм наркотической зависимости соответствует переходу между этими двумя примитивными психотическими, а позднее невротическими фазами развития. Наркомания состоит в фиксации на предтечах последующего эдипова комплекса с соответствующими им объектными отношениями и бессознательными фантазиями.
Эти фантазии являются символической драматизацией первоначальных отношений любви и ненависти к родителям и возникают как результат конденсации двух первичных систем фантазий: первой, «в которой ребенок атакует (затем — восстанавливает) органы в теле матери, представляющие объекты», и второй, «в которой мать воздействует (позднее: восстанавливает) в теле ребенка на органы, представляющие объекты» (Glover 1933, 186). Вследствие догенитальной фиксации или регрессии реактивизируется садизм, который хотя и не столь интенсивен, как при паранойе, но сильнее, чем при неврозе навязчивости, и именно по отношению к нему наркомания и выполняет защитную функцию. Одновременно с ее помощью возводится оборонительный вал против регрессии к психотическим страхам. В ходе дальнейшего исследования психодинамической роли наркотиков Гловер исходил из связи между зависимостью и невротическими привычками или общественными обычаями, в частности связанными с приемом пищи;аналогичные идеи одновременно с ним, но независимо от него были высказаны Фенихелем по поводу «ненаркотических» зависимостей.