Мы попытаемся охарактеризовать, как решается проблема «бессознательного», если к ней подходят не с психоаналитических, а с диалектико-материалистических позиций. Для этого остановимся сначала на диалектико-материалистической трактовке проблемы сознания. Вопрос о «бессознательном» является лишь частным аспектом более общей проблемы сознания, и то, как он раскрывается, во многом зависит от истолкования этой более общей темы.
При рассмотрении проблемы сознания, после напоминания некоторых подходов, существующих в зарубежной психологии и физиологии, мы сосредоточим внимание на новых аспектах, которые возникли в результате проникновения в теорию сознания идей современной кибернетики. Мы уже остановились на парадоксе, к которму привело это проникновение: начав с исследования механизмов мыслительной работы мозга, многие из нейрокибернетиков пришли к созданию картин мозговой деятельности, в которых сознанию отводится роль функционально индифферентного эпифеномена. Роль сознания Как активного фактора отражения и преобразования внешнего мира лишь с большими натяжками «вписывается» в эти концепции.
Такое положение вещей имеет свою слабую и одновременно, как это ни неожиданно, сильную стороны. Сильная сторона заключается в том, что широко используемые в нейрокибернетике представления о закономерностях мозговой деятельности (о подчиненности этой деятельности принципам стохастической организации связей, вероятностного прогнозирования событий, алгоритмизации нервных процессов, эвристического нахождения оптимальных решений и т. п.) дают обильный материал для более глубокого понимания того, каким образом и опираясь на какие мозговые связи и системные отношения можно осуществлять поведение, имеющее черты целесообразности, вопреки тому, что оно не направляется ясным сознанием. При желании заоетрять парадоксы можно поэтому сказать, что нейрокибернетика, изучая осознаваемую мыслительную деятельность человека, оказалась столь же продуктивной в теории «бессознательного», сколь бесполезной (будем надеяться, лишь пока) в теории сознания.
Слабую же сторону создавшегося положения можно определить как удивительное выпадение из всех нейрокибернетических схем работы мозга представления о нервных процессах, лежащих в основе сознания, т. е. представления о факторе, который не только неразрывно связан с деятельностью высших уровней центральной нервной системы человека, но и активно участвует в этой деятельности, выполняя в ней сложную и специфическую роль.
Эта своеобразная и несколько неожиданно сложившаяся ситуация заставляет диалектико-материалистическую теорию сознания вновь вернуться к проблеме объективности самой функции сознания и обосновать положительное решение этой проблемы, показывая одновременно, в чем заключается неадекватность аргументов в пользу эпифеноменальности сознания, которые выдвигает нейрокибернетика. Как мы увидим далее, уточнение представлений о функции сознания проясняет и роль «бессознательного», а также отношения, существующие между «бессознательным» и сознанием.