Если сопоставим теперь тючки зрения Fessard и Weinschenk, то увидим, что при всем их различии в принципиальном отношении они во многом сходны: для обеих сознание выступает как чисто физиологический феномен, обе допускают возможность локализации сознания в определенных мозговых структурах и для обеих не существен вопрос о зависимости сознания от факторов социального порядка и о необходимости разграничения между понятиями «сознание» и «психика».
Хотя Weinschenk решает вопрос о локализации сознания лишь в общих чертах, только отрицая связь сознания с корой, а у Fessard мы видим более осторожную трактовку, чисто биологический подход к проблеме никем из них не преодолевается и все односторонности толкования, вытекающие из принципиальной ограниченности подобного подхода, ни одним из них не устраняются. Вместе с тем представление о физиологических механизмах активности сознания дается Fessard в значительно более разработанной форме. Именно эту эволюцию мы имели в виду, когда говорили о своеоб
разном заострении представлений, которое можно проследить в рамках каждого из обоих преобладающих за рубежом антагонистических подходов к проблеме сознания х.
Если изложенные выше соображения Fessard хорошо иллюстрируют, как развивались в 50-х и в начале 60-х годов представления зарубежных исследователей о физиологических механизмах сознания, то высказывания принявшего участие в немецкой дискуссии Soukal не менее показательны для проявляющихся иногда тенденций развития зарубежных социологических трактовок сознания.
Soukal [2266] обращает внимание на особый смысл понятия «сознание», недостаточно учитываемый другими участниками дискуссии: на истолкование сознания как феномена, который характеризует не только отдельных индивидов, но и определенные общественные формации.
Касаясь проблемы индивидуального сознания, Soukal как последовательный сторонник «социологической» трактовки подчеркивает необходимость принципиального разграничения между степенью ясности сознания, определяющей возможности психического реагирования, и сознанием в его «гностическом» смысле, как содержательным отражением действительности. Необходимость такого разграничения оправдывает, по мнению Soukal, как и большинства других исследователей, возвращение в какой-то форме к хэдовской концепции уровней бодрствования, подкрепленной данными современной электроэнцефалографии. Дальнейшее углубление теории индивидуального сознания связано, по Soukal, с преодолением идущей еще от James концепции сознания, как непрерывного потока переживаний;с переходом к более широкому пониманию, по которому в структуру индивидуального сознания входят не только его актуальные, но и потенциальные элементы (содержания, в данный момент осознанно не переживаемые, но включенные в фонд накопленного индивидом опыта);с принятием представления о сознании, не как о пассивном отражении, а как о действенном отпошенни к миру, неразрывно связанном с практикой.