Мы видим, таким образом, что поставив вопрос о механизмах целенаправленного поведения, новое направление в нейрофизиологии, все более часто обозначаемое в литературе последних лет, как кибернетически ориентированная теория «биологического управления» или «биологического регулирования», заняло в отношении психологии очень своеобразную и противоречивую позицию. С одной стороны, оно широко использует, как известно, методы, фактические данные, терминологию и принципиальные установки психологического анализа, с другой же — не оставляет места для собственно психологических категорий, как факторов, которые регулируют исследуемые процессы. Эта тенденция была резко подчеркнута, например, Uttley в речи на тему о «Механизации процессов мышления» на заключительном заседании «междисциплинарной» конференции по самоорганизующимся системам, происходившей в 1959 г. в Миннесотском Университете и Массачусетском технологическом институте (США).
Указав, что за последние 10 лет мы были свидетелями многочисленных попыток имитации и объяснения мышления на языке физических наук и что при этом выявляется ряд приемлемых для всех общих идей, Uttley далее добавляет: «Задача состоит в том, чтобы понять разнообразные функции мозга и тем самым понять самих себя. Вместо слова «разум» мы предпочитаем сегодня употреблять слово «мышление». Оно охватывает большое количество различных видов деятельности.
Еще более четко ставят вопрос McCarthy и Shannon [106].